Гонка автоугонов

Говорят, что мы живём в очень криминальном обществе. Некоторым-таки страшно на улицу выходить. «Валить, - говорят, - из этой страны надо, опасно тут». Лично я не понимаю, гуляю вечерами, ночами и хоть бы хны. Везёт, скажут. Возможно, но вот мне попалась французская криминальная статистика, и стало немножко не по себе. Я ведь жил во Франции. Было спокойно.

А теперь рост почти по всем показателям. По категории «ненамеренное нанесение телесных повреждений» в среднем плюс 26 процентов в год за последние десять лет. Это драки, пьяные, под наркотой, разборки всякие. И показатель сильно растёт. Вот тебе и безопасность в спокойной европейской стране. Всё, конечно, зависит, от точки отсчёта. Но она непонятна. Где как. В тихом местечке где-нибудь на юго-западе она одна, а в северном пригороде Парижа, в районе знаменитого стадиона «Стад де Франс» – другая.

А может, просто всё чаще и чаще заявляют. Но может и нет.

Вот есть такой объективный показатель – статистика угонов машин.


Тут, наверное, объективность почти стопроцентная. Если у тебя угнали машину, то ты всяко пойдёшь и заявишь. Так вот с ними какая, оказывается, петрушка. В благополучной Франции каждый год угоняют сто сорок тысяч авто. А у нас, в криминальной России, чуть больше двадцати. И это при том, что зарегистрированных автомобилей у нас поболе всё же: 59 миллионов против 52 французских. Да, у нас больше автохлама. Но, ребята, не в такой же пропорции! К тому же и «жигули» тоже угоняемая машина в регионах, на запчасти разобрать и вперёд.

Я жил во Франции в девяностые годы. Не владею статистикой, но тогда всё было с точностью до наоборот. В России – это был, можно сказать, национальный вид спорта. Угоняли всё и вся.


Помните, скорлупки-«ракушки» в московских и питерских дворах? Это была какая-никакая, очень уродливая, но гарантия от угона.



А во Франции за десять лет проживания слышал о всего двух случаях угона. В одном, подростки угнали, чтобы покататься. Проехали пару километров и бросили. Во втором, гость из Литвы договорился с французом, что он «угонит», а тот заявит через день, когда «угонщик» уже пересечёт границу. Деньги пополам. Всем хорошо, только страховке плохо.

Теперь не так. И масштабы не те, и угоны другие. Как только не ухищряются страховые компании, какие только виды антиугонного бизнеса не появляются – всё равно угоняют. Массово.

Возникает вопрос. Куда кто движется? У нас количество угонов сокращается. А у них? Какой вектор развития? Ответ, по-моему, очевиден и понятен. Не думаю, что угонщиками работают коренные французы. Вот прямо-таки нищие студенты Сорбонны подрабатывают по ночам. Нет, понаехали, понапустили.

То ли ещё будет. Ой-ой-ёй-ёй.



МЫ1.jpg

Иван Карасёв

Ю_ШУТОВА

ИГРЫ СО СЛОВАМИ И СМЫСЛАМИ