Беглецы от пандемии осваивают деревенский быт

Коронавирус нас загнал в деревню. Это так.

Но мы ему отвечаем массированным огнём. То бишь печку топим, которую никогда не топили. Ну так, на всякий случай. Протапливаем. Вдруг эта дрянь победит цивилизацию, и елекстричество кончится. Ну, как минимум в отдельно взятом районе. В нашем, в Невельском Псковской области.

А чего удивляться-то? И не надо записывать меня в паникёры. Нет уж, не спешите. У нас и в нормальные времена бывает, что по три-четыре дня света нет. А тут всё ж таки коронавирус. Нет, мы, конечно, в своё время запаслись генератором, так ему же солярка нужна. «И что?» - скажете вы. Да ничего, вот в Италии уже и с этим проблемы. Вот и осваиваем печку. Ибо не май месяц, март пока. Мы же её благоразумно не снесли в сытые времена. Казалось, зачем она, только места много занимает. Но хватило мозгов. Всегда думали, и чего это нам такая сладкая житуха выпал? У отцов война была. У дедов, кроме неё – ещё и Гражданская с революцией. А до этого вообще мрачные времена царизма. В общем, нам, кроме девяностых годов, похвастаться нечем было. Да и что такое девяностые по сравнению с Мировой Революцией?

Ну вот думали-думали и надумали. Пришёл коронавирус. Значит, надо вспоминать дедовские методы выживания. Печку топить, на печной плите готовить. Двадцать первый век – самое время. Фильм «Почтальон» с Кевином Кёстнером видели? Так вот это про двадцать первый век снято.

Значит, сосиски и макароны варим при помощи печи. Хорошо, дрова есть. Запаслись случайно. Прошлым летом вызвал мужиков клён засохший свалить (смотри рассказ «Это должен был быть самый обычный день»). С него и наколол. На некоторое время хватит. Может, даже до лета.


Но, как выяснилось, и в пандемии есть некоторые плюсы. Что называется, нет коронавируса без добра.

У нас в деревне в нормальный сезон, то бишь летний и безкоронавирусный, картошки не купить, молока не взять. Нет, молоко у соседа Серёги приобрести можно. Но он плохо корове вымя моет. Юля отказывается иметь дело с его продуктом, после того, как в прошлом году выловила из Серёгиного молока штук сорок тварей мельчайших. Остаётся только Витя Кравченко, унаследовавший вместе с сыном корову от покойной жены (См рассказ «Аня Кравченко»).

Получается, что Витя – почти монополист. Посему у прошлым г(х)оде нам его молока не доставалось. У него свои клиенты в райцентре. Постоянные, не такие, как мы, что на лето только приезжают. И картошку у Вити не купить было. Аня, пока живая была, продавала нам, а вот Витя, при всех наших разлюбезных с ним отношениях (не один литр совместно выпит), не стал. Говорил: «Без Ани меньше сажать стали».

Ну вот грянул коронавирус. И что-то с невельскими клиентами Вити стало. То ли деньги экономят, чтобы потом ими, как в Гражданскую войну, сортиры обклеивать, то ли контактировать лишний раз не хотят. То ли Витя ездить в город не желает. Да и рынок там уже закрыли. Куда молоко девать? Так что теперь нам сказали: «Пожалуйста, и молоко есть, и картошка».

Вот и хорошо, осаду вирусом выдержим, а продлится долго, так свою картошку посадим.

Продержимся!


Просмотров: 21Комментариев: 2
МЫ1.jpg

Иван Карасёв

Ю_ШУТОВА

ИГРЫ СО СЛОВАМИ И СМЫСЛАМИ