Дарья Рундыгина

Дарья Рундыгина


***
Прихожу на реку
часами
смотрю в помутневшее детство
ищу смысл
повод
Страшно
что однажды
помутнеет река
вечер
мысли
и вращаясь
с бешенной скоростью
сольются в белое полотно
Позже рисовать реку
детство
мысли
память затертую временем
до неузнаваемости
до белого цвета


***
мы могли бы общаться
если б ты был курьером
каждый день
ходила бы мыслями
с тобой
по адресам
где люди сливаются с обоями
где цифры сложнее жизни
вычитали вместе до боли в пальцах
из целого числа бесконечность
бесконечно глотая рыбий жир фонарей
переливали из пустого в пустое
Кричали
Стонали
Если бы ты ...
ты не курьер
смотрю в глаза
молчу
вычитаю из себя бесконечность


***
Каждую ночь выхожу на балкон
смотрю в потолок двора
на желтые бляшки окон
луна люстра
кручу у виска
капризный локон

Каждую полночь я — капитан
прямо по курсу город
за бортом
свинцовая гладь, туман
ветер щекочет веки
дышу в пустоту
говорю
прямо по курсу Жизнь

Утро — айсберг
врезаюсь
тону
дышу
пустоту затопило
тесно
жутко
барахтаюсь
выплываю
выхожу на балкон
каждую ночь
Я — капитан
каждую полночь

***
Жемчуг из рук гейши
рассыпался на черном небе
Луна стекает по коже
янтарной смолой
Секунда замирает
вечностью на подушечках пальцев
Время бесшумно слизывает с губ слова
утекает в пустой сосуд
густеет
становится тягучим
пряным
Ответ останется на кончике языка
В руке жизнь
искрится оголённым проводом
Собираю в ладонь звёзды
надеваю на нитку
Секунда замирает навечно
Луна стекает по коже в пустой сосуд
Густеет на кончике языка
смола

***
Надкусила ночь
Брызнет свет
Начнет стекать по спине
Упадет на пол
Расколется
Растворится
Останется темнота
Под босой ногой трепещет ковер
Воздух влетит в открытое окно
Обвяжет щиколотки
Толкнет в живот
Пальцы очерчивают губы
Губы бесшумно целуют время
Время теряет силу
Время сдается без боя
Настенные часы прячутся в подреберье комнаты
Тук-тук
Бесконечность
Кто-то натянул тетиву
Целится
Время прячется в подреберье комнаты
Сбегает ручейком по обнаженной груди
Теряется в частом дыхании
Боится истратить секунды на убегающий пульс
Дрожит
В руках и ногах
Кто-то натянул тетиву
Ночь брызнула бликами на ее тело
Она надкусила пространство
Кто-то отпустил тетиву
Бесконечность пронзила насквозь
Бесконечность пролетела мимо
Время вышло из подреберья комнаты
Под протяжный стон

***
Это не мой город
Не мои стены
Прижимаются к небу
Губами крыш
Не мои мосты
Смыкают браслеты
На запястьях реки
Это не мой город
Не мой город
Где ни один фонарь
Не роняет твою тень
На сырой серый холст
Не мой свет фонаря
Облизывает ступни
Только троллейбус
Кажется прежним
Знакомым
Когда проглатывает меня
Разжевывая до мыслей о...

Катарсис

Я играю с тобою лучами на грани конуса.
И сдаюсь без стыда в свете тусклом уставшей лампочки.
На спине твоей нежной рукой оставляя полосы,
На волчицу меняю характер из красной шапочки.

Я слегка приласкаю, из ванной явившись бархатной,
Изгибаясь как график, от рук, губ и тел зависимый,
Чтоб глаза, как огнём, засветились, горели яхонтом,
Пусть сплетаются тени на шторах в узор немыслимый.

Я в тебе отражаюсь, как стены в огромном зеркале,
Расширяя пространство до тысячи миль кубических.
И мы, сбитые с ног этой нежностью, рухнем кеглями
И напишем потом миллионы стихов лирических...

Нам, наверное, хватит уже прошлогодних кактусов.
Да и лёд прошлогодний пора разморозить искрами.
Раскаляем тела до предела, в границах градусов,
И, друг другом омывшись, мы станем, как прежде, чистыми.


ты полнотелый керамический пахнешь
глиной и потом каменщика
ложишься на жижу
мягкую
вечность
дожди
войны
на тебе выводят слова
а ты лежишь
пахнешь вечностью
глиной
говорю громко
ты так похож на него
кирпич

***
Товарищ Мичурин скрестил меня с невнимательностью
Петербург с осенью, вас с поэзией,
Утомился,
Мы встретились в точке А
У Александра Невского,
от Мичурина осталось имя
От меня невнимательность
Осень
Поэзия

***
художник лечит депрессию у офтальмолога
смотрит на переносицу
на огонек
замерший на зеркальном диске
различает оттенки белого на халате
складывает линии в буквы
складывает буквы в слова
ш, б, м, н, к
банка
манка
вглядывается в темноту кабинета
лечится от депрессии
рисует зеркальный диск луны
над снежной гладью
разных оттенков белого
с черными линиями деревьев
которые складываются в буквы
Ш
Б
М
Н
К


***
Зять
Любимый
Затошнило
От несочетаемого
Кефир и рыба
Пушкин и Соловьев
Я и ты
Электричка впитает вранье
Окно отразит лик
Приторной женщины
И ор кошки
В ста километрах от правды

***
Мой внутренний Гондурас накрыло пучиной волнений
Трясутся руки
Дергается глаз
Хочется написать тебе
Мой внутренний Гондурас снова меня беспокоит
Не могу есть
Не могу спокойно смотреть в окно
Беру ручку
Вожу по пустой тетрадной странице
Мой внутренний Гондурас похож на тебя
Ему все мало
Ему страшно
Я написала письмо
Иду на почту
Опускаю конверт
Звоню тебе
"Жди,
я отправила тебе мой внутренний Гондурас"
Выхожу на улицу
Внутри пусто
Твой голос
Застрял на барабанной перепонке
Молоточек
Наковальня
Твои Глаза
Палочки
Колбочки
Ты — мой внутренний Гондурас

***
Время работы скрежещет
Миллионами шестерёнок
Давит мысли
Волю
Чувства
Что остаётся от тебя?
Открывается дверь
Входишь
Пустой
Тусклый
Старая кинопленка
Омлет
Сон
Что останется от меня?
Открой глаза
Это я
Ветер бьётся в стекло
Там снег
Просыпайся
Наполню тебя жизнью
Снегом
Светом фонарей
Запахами
Звуком
Что остаётся от нас?
Скрежещет шестерёнка
Ты открываешь дверь
Просыпайся
Время останется вне
Что останется от времени?

***
Суметь бы
жить вполсилы
Вполсилы отталкивать
говорить вполголоса
упираясь головой во временный потолок
временно моей съёмной квартиры
держать за руку
временно целующую мое личное пространство
Раскрошенное на обрывки истерик
слова
сны
Замирать
Останавливать время
Наблюдать константу,
что не будет более постоянной,
если хотя бы временно отталкивать вполсилы


***
Электричество
Все что осталось
На глади экрана
На краю света
Лампы накаливания
В разговоре соседских стен
На белом листе
С чёрными линиям
«Окрашено»
Щель расконопаченных окон
Мятая занавеска, скрывающая от никого
Ничего не произошло
Электричество
Осталось на лопнувшем нерве
Лампы накаливания
Искрится одиночество
Это все, что осталось
Когда миллионы запятых канули
В пропасть между нами
Щелчок
Одна
Две
Точка

***
Согревая озябшие пальцы
В рукавах трасс
Сворачивающимися в клубок змей
Пресмыкающимися огнями фур
Ты стоишь
Обнажая плечи
Чтобы свет фонарей
Оставлял ровный
Лимонного цвета загар
Похожий на ложь
Стекающую с клубка трасс

***
Город — исписанные полотна улиц
Шаги оставляют следы
Складываются в прошлое
Складываются в слова
Небо расчерчено проводами
Система координат с точками звёзд появляется в ночном небе
Город исписан строчками рельс
Трамвай, поезд, электричка
Прописывают свою правду о тебе
Шаги пишут прошлое
В прошлое не возвращаются
Останется только точка на темном небе
с системой координат


***
Осень в лоб целовала 2001-ый
Первый день сентября волновался с нами
Первоклашки у школы топтались нервно
Гладиолусы, астры зажав руками.

Десять лет кабинеты, звонки, заданья...
Аттестат об оконченном полном среднем
Мы со школой прощались тогда слезами
Когда громко звучал наш звонок последний

Двести лет для вселенной почти песчинка
А для нас даже десять большая веха
Время сложит потом возле глаз морщинки
А пока смело, дерзко идём к успехам

Мы сегодня не дети, теперь мудрее
У кого-то семья, у других карьера
Сколько лет не пройдет, но всегда теплее
Если вспомнить о школе, где мы взрослели